Дарования Прикамья

Сухачев Вадим Сергеевич

Разговор с рекой

Мы с папой увлекаемся рыбалкой. Однажды нам улыбнулась особенная удача. На разговор с нами вышла река Большая Ласьва.

Раннее утро... Река... Туман...

Солнце еще не встало, но уже порозовел краешек неба над Камой. А вот и река вдалеке стала от зорьки алой. Медленно, нехотя отступала пелена тумана. С первыми лучами солнца засеребрились на лугу капельки росы. А сколько красок вокруг! Это осень постаралась! Да и место мы с папой выбрали отличное – устье Ласьвы.

- Вадик, привет! Я оглянулся – никого. Покачивается вдалеке на волнах папина лодка, ворчит, огибая огромный валун, вода в Ласьве. Я обошел вокруг и вернулся к реке.

- Посекретничаем...

Вот это да! Со мной разговаривает река. Нет, не Кама, а разделившаяся в устье на рукава Ласьва. Я присел на бревнышко, устроился удобнее у воды.

- Ну, будем знакомиться, Ласьва – медленная вода значит.

- Да какая же медленная, возразил я. Вон как торопитесь с Камой встретиться.

- Это сейчас я такая, дождей много выпало этим летом. А обычно я неспешно несу свои воды к матушке Каме. Давным-давно охотники манси в этих местах жили. Вот они и нарекли меня Лась-я. На их языке я – «река», лась – «медленный». Много времени с тех пор прошло, много воды утекло, почти не осталось манси в наших краях, а имя мое сохранилось и напоминает о прежних жителях.

- А долго ли Вы до Камы добираетесь? - спросил я, чтобы поддержать разговор.

- Да нет, километров восемьдесят примерно. Могла бы вдвое путь сократить, да местность больно хороша, холмы и угоры вокруг. Вот и закладываю я петлю за петлей, так особый азарт появляется, с каждым холмом разговариваем, спорим при встрече.

- А о чем спорите? - поинтересовался я.

- Да по разным причинам, но главных две, как рыбу сохранить, да берега и воду очистить.

- А с людьми не пробовали по этому поводу общий язык найти? - робко спросил я.

- Давно этим занимаемся. Только людей, постоянно живущих на моих берегах, почти не осталось. Вот от Ананичей до Стряпунят я преодолеваю 16 километров, принимаю 8 притоков, и на каждом когда-то деревня была. Дома по берегам стояли добротные, из местного леса рубленые, резными наличниками украшенные. Прямо к реке баньки выходили. Воду для них мою и использовали, скот моей же водицей поили, огороды поливали. В каждом дворе был образцовый порядок, и берега мои тоже были чистыми.

После Стряпунят ухожу я в болото. Какие здесь просторы и луга заливные были! Скот пасли, сено на зиму заготавливали, не то, что мусора, лишних кустов и кочек не было. В августе бывало любо-дорого смотреть: трава ровненько скошена, стожки рядками выстроились. Дичь разная водилась, охотники были частыми гостями на моих берегах. А деревни как звучно назывались: Якунята и Мишичи, Калининцы и Новоселы.

- А почему все исчезло?

- Люди стали переезжать в крупные села и деревни лет пятьдесят-шестьдесят назад, а многие в города подались. Там прожить гораздо легче. Вот так постепенно и опустели мои берега. Еще в начале прошлого века на моих перекатах восемь мельниц работало. Вот уж веселое было времечко! В Стряпунятах ярмарки устраивались, народ съезжался со всей округи.

- Раз мельницы работали, воды больше было?

Да нет, и сейчас все те же шестьдесят ручейков да два озерца питают меня. Правда речки-ручейки эти невелики, не более десятка километров их путь, и озерца небольшие, но водица в них чистая была, прозрачная.

По весне в апреле в половодье для меня наступали особенно важные дни. Недели две вода стояла высокая. Уровень ее на 2-3 метра поднимался. В это время до 80-х годов прошлого века пермские туристы-водники проводили здесь соревнования. Они порядок наводили на всем маршруте и поддерживали его. Приезжали сюда семьями, дети, глядя на родителей, тоже учились беречь природу.

Да, были времена, но их не вернешь. Туристы теперь сюда редко заглядывают, я река равнинная, а им экстрима хочется, на север в горы идут. Вот и подмечаем мы людей неравнодушных, чутких, понимающих себя и мир вокруг, умеющих слушать и слышать, да беседуем с ними.

- Я все понял и постараюсь помочь, уж мусор вокруг мы с папой точно уберем и увезем.

- Спасибо, Вадик. Удочки я рядом заметила. Значит, вы рыбаки?

- Мы на рыбалку и приехали. Мой папа опытный рыбак, и я уже многому научился. Здесь в устье нам попадались щука и лещ, карп и сом, карась и жерех.

- Молодцы! Но рыбы разной здесь гораздо больше водится, до 28 видов. Приходите под иву рядом со скамейкой, посекретничаем, я и рецептом ухи поделюсь.

Если подружимся, я с вами все 80 километров пробегу. Побываем в верховьях, на галечных перекатах я покажу вам очень редких у нас хариуса и гольца, вместе побываем в старинном селе Мысы, это самое интересное местечко в долине.

- Спасибо, обязательно придем. А что за деревенька за перелеском на горе? – поинтересовалась я.

- Это Нагорная, в народе Лешаками зовется, догадываешься почему?

- Думаю да. Ночные птицы здесь водятся. Мы в сумерках наткнулись на одну, она резко сорвалась с места и полетела низко по-над землей.

- Это был мой хороший знакомый сыч домовой. Давно тут с семейством обосновался. Приезжайте сюда ранней весной, услышите настоящие певческие выступления этих красавцев.

Мы распрощались. Вокруг щебетали птицы, сверкали, серебрились под ногами капельки росы, улыбалось во весь рот ласковое, хоть и осеннее солнышко. Настроение было отличное, хотелось петь, ведь вечером нас с папой ждут новые приключения.